Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

seoded, Алексей Востров

Таргетинг

На трассе Москва-Киев под Калугой есть «кафе дальнобойщиков в Бабынино» (так видит его «Гугл», с «Гуглом» не спорят).

В кафе нет туалета, но он есть на улице. Две двери, как водится, «М» и «Ж».

У входа в «комнату для джентльменов» (туалет типа «очко», чёрные от времени и грязи смердящие чаши, а на стенах картинки с гламурными мужчинами из рекламы туалетных вод) прямо на двери объявление, написанное от руки.

Я издалека подумал, что закрыт санузел, но нет: «Уважаемые мужчины! Поздравляем вас с Праздником защитников Отечества! Желаем счастья и удачи в личной жизни!».

Да, что вы в этих ваших интернетах вообще знаете о таргетинге!

Автор: Некий Андреев.
seoded, Алексей Востров

Как сделать и как не сделать

Во времена работы в кофейне моя роль была максимально широкой: я то ездил в транспортную, то закупал ингредиенты, то работал за баром, то ещё что-то. Но бывали и совсем нетривиальные задачи. Например, найти бак для воды совершенно определённой высоты, ширины и глубины.

Что важно: у таких задач всегда были довольно жёсткие ограничения и весомые причины. То есть это были не просто «хотелки», а почти жизненно необходимые вещи, которых ни у кого нет. И именно такие задачи научили меня думать в контексте «как сделать», а не «как не сделать».

КАК НЕ СДЕЛАТЬ
Это самый простой способ мышления, с которого все мы, когда-то, начинаем. Начинал и я. Когда меня директор отправлял искать ролик для двери ретро-автомобиля, очень легко было ответить: «Братан, твоей машине 45 лет, алло. Какой ролик, чёрт возьми, где я его должен искать?». Но такой ответ не принимался, потому что без ролика не работала дверь. Мышление в формате «как не сделать», а если быть точнее — «как покрасивше отмазаться», не работало. Приходилось брать себя в руки и придумывать что-то другое. Например, искать человека с 3D-принтером.

КАК СДЕЛАТЬ
Нестандартных задач было много и постепенно я просто привык, что отмазываться бесполезно. Всё равно же, в итоге, придётся делать потом. Проще уж сразу направлять усилия в нужное русло и думать о том, как сделать в текущих ограничениях. Если нужного бака в магазинах нет, ищешь людей, которые его сделают. Причём обязательно из «нержавейки», так как бак — для воды. А раз «нержавейка», то нужно искать людей, кто умеет в аргоновую сварку. Их не так много (было тогда в Красноярске), но они есть.

Эта привычка круто конвертнулась в мою текущую реальность и я вижу её плоды. Пока одни мои коллеги по цеху тратят время на «отмазки», рассказывают, что что-то невозможно и так далее, я думаю о том, как это сделать. Клиенты счастливы.

Да, не всегда всё получается так чудесно, как в моих примерах. Многие попытки проваливаются. Но сам по себе подход очень ценен и приносит плоды. Деньги там, например, задачи, карму, ещё что-то.

https://seoded.blogspot.com/2020/02/sdelat.html
seoded, Алексей Востров

Ядовитый отзыв на «навозных жуков»



Самую известную советскую рецензию на «Битлз» написал композитор Никита Богословский в 1964-м году. Ядовитый отзыв стал для него проклятьем на всю жизнь. В 2003-м году, когда Пол Маккартни выступил у Кремля, журналисты потребовали от Богословского объяснений за «навозных жуков», которых «забудут через два года».

Он ответил:

— Ой, как я ошибся! Но если я вам расскажу, сколько сделал за свою жизнь глупостей, ошибок и всяких дурацких поступков, то вы мне, наверное, не поверите. Я о них просто молчу и выхваляюсь как этакое уникальное явление. Но глупостей я сделал много и от них сейчас прилюдно, принародно отрекаюсь. А «Битлы» — потрясающие ребята. Статья, что я написал — не заказ. Заказов я не исполнял никогда, ни для кого и ни за что! Я думаю, что я просто был пьяный. Если бы я встретился с Маккартни сегодня, я бы ему сказал: «Спасибо, старик!»

Через год Никита Богословский умер в возрасте 90 лет.

https://seoded.blogspot.com/2019/12/beatles-bogoslovskii.html
seoded, Алексей Востров

Стили инвестиций на примере шаурмы



Я сторонник старомодного подхода к инвестициям в акции: я (как Баффет) настаиваю на том, что акции нужно рассматривать не как фишки на столе казино, а как части реальных бизнесов, и оценивать их соответствующим образом. Возьмём пример инвестора в бизнес, типа «ларёк с шаурмой», и на его примере рассмотрим традиционную классификацию подходов к инвестициям в акции.

Итак, перед вами — инвестор в «сектор шаурмы». Вы его спрашиваете: «Почему ты купил долю именно в этом ларьке с шаурмой?».

Варианты ответа:

1. «Я купил долю в этом ларьке потому, что у него быстро расширяется ассортимент, хозяин берёт кредиты на развитие бизнеса (прибыли пока нет), но скоро купит ещё один ларёк, а потом ещё два, а потом целый ресторан, а потом у нас будет Галактическая империя шаурмы и её купит "МакДональдс" и вот тогда я заработаю». Это перед вами сторонник growth investing — инвестиций в «акции роста».

2. «Я купил долю в этом ларьке потому, что у него есть мобильное приложение и гигантский рост "подписоты" в соцсетях, а потом он сделает ICO, выпустит шаурмо-токены и его, стопудово, купит крупный венчурный фонд из Кремниевой долины. Какая, на фиг, прибыль? На фиг сейчас прибыль? Это же второй UBER будет. Убер-шаурма!». Это перед вами сторонник tech & growth investing — инвестиций в «акции роста» с технологическим уклоном. Очень популярное сейчас направление.

3. «Я купил долю в этом ларьке потому, что стоила она недорого, а ларёк хоть и не гламурный, да и выглядит довольно "помятым", но он стоит между вокзалом и рынком, тут вечно толпа». Это value investor — сторонник «стоимостного инвестирования».

4. «Я купил долю в этом ларьке потому, что это было дёшево, ларёк выглядит не очень привлекательно, но он стоит между вокзалом и рынком, у него дешёвая шаверма и тут вечно толпа клиентов. Но самое главное: каждый месяц половину прибыли выделяют на развитие бизнеса, а вторую половину прибыли выплачивают совладельцам ларька!». Это value & income investor — сторонник «стоимостного инвестирования» с упором на стабильные дивиденды.

5. «Я купил долю в этом ларьке потому, что он в ужасном состоянии, у него отобрали лицензию, вечные проверки, разбитые стёкла, да и репутация в районе у него ужасная. Но! Доля вообще стоила копейки, а ларёк чуть-чуть подкрасят и если он начнёт приносить хоть какую-то прибыль, то я просто озолочусь». Это перед вами deep value investor (distressed investor) — инвестор в компании, находящиеся в ужасном положении, но имеющие какие-то шансы на улучшение ситуации.

6. «Чё? Какой ларёк? Да я вообще не в курсе, что это за доля, я покупаю доли в любых бизнесах, которые растут в цене. Я даже не смотрю, что это. Если инвесторы прут, значит надо покупать. Не прут — надо продавать. Надо быть на гребне волны!». Это перед вами momentum investor — адепт популярного метода «покупай то, что растёт в цене, остальное не имеет значения».

7. «В общем, я не покупал доли в этом ларьке. Я купил паи в фонде, который инвестирует в ларьки из индекса эС-энд-Пи-500! В общем, они берут 50 самых больших ларьков из гида агентства Эсельман-и-Пипанишвили "1000 шаурмячных Москвы" и покупают в каждом из 50 самых больших по ма-а-а-аленькой доле. Нет! Никакого анализа прибыли, качества, перспектив, менеджмента и так далее ни я, ни фонд, ни Эсельман с Пипанишвили не проводят. Просто берут самые большие. Но в среднем — всё будет ок: в книжках написано, что выбрать хороший ларёк с шаурмой невозможно, а я книжкам верю». Это перед вами индексный инвестор. Тоже очень популярный подход.

Это далеко не полный список, но, надеюсь, терминология будет понятнее.

Инвестировать в стиле, который вам сильно не подходит психологически — это очень плохая идея.

Никакая дополнительная доходность никогда не компенсирует потерянные нервы, которые будут толкать вас на глупости. Проверено не только мной — многие инвесторы в фонды лучших «стилевых» управляющих теряют постоянно деньги из-за того, что вносят и вытаскивают деньги из них в самые неподходящие моменты.

https://seoded.blogspot.com/2019/11/stili-investicii.html
seoded, Алексей Востров

Леди Гага против Ирины Шейк



Рубрика «то, что объединяет нацию».

Достоевский? Не факт. Сборная России по футболу? Вряд ли. Духовные скрепы? Да ну, не смешите. Нелюбовь к Леди Гаге, из-за которой Брэдли Купер ушёл от Ирины Шейк? ДА!

В инстаграме Гаги идёт война — русскоязычные пользователи пишут ей тысячи обидных комментариев из-за того, что она, якобы, разрушила брак актёра и российской модели. За неделю, которая прошла с начала флешмоба, к нему присоединились многие российские знаменитости — от Гарика Мартиросяна до Сергея Жукова — а темы самих комментариев значительно расширились: теперь там не только ругают Гагу и защищают Шейк, но и назначают встречи, делятся кулинарными рецептами и даже продают старые лыжи...

Читать дальше https://seoded.blogspot.com/2019/07/blog-post_18.html
seoded, Алексей Востров

Высшее образование как социальный фетиш



Как-то очень давно я писал про то, что в обществе есть социальные фетиши. И среди прочих называл число «2000». А в свете последних событий моей жизни я ещё один нашёл: высшее образование.

Один мой очень хороший друг сейчас учится в Самарском Аэрокосмическом университете. Но при небольшом даже намёке с моей стороны, что он, мол, будет самолеты проектировать, мне грозит длинная тирада, из которой, в принципе, можно понять, что обо мне в тот момент думают не очень хорошо. Причём, сейчас уже с этим проще, но когда он туда только поступал, меня в подобных случаях ожидало небольшое сожжение на костре. Так, в качестве профилактики.

Самое интересное, что он действительно не будет работать по специальности. Ну не станет он чертить все эти бесконечные шасси, элероны и закрылки. И, скорее всего, он уйдёт в публицистику. Об этом, я ему, кстати, тоже говорил неоднократно, благо что это чревато не сожжением, а просто выслушиванием тяжёлого вздоха...

Дальше https://seoded.blogspot.ru/2017/11/education.html
seoded, Алексей Востров

Совещание

Петров пришел во вторник на совещание. Ему там вынули мозг, разложили по блюдечкам и стали есть, причмокивая и вообще выражая всяческое одобрение. Начальник Петрова, Недозайцев, предусмотрительно раздал присутствующим десертные ложечки. И началось.
— Коллеги, — говорит Морковьева, — перед нашей организацией встала масштабная задача. Нам поступил на реализацию проект, в рамках которого нам требуется изобразить несколько красных линий. Вы готовы взвалить на себя эту задачу?
— Конечно, — говорит Недозайцев. Он директор, и всегда готов взвалить на себя проблему, которую придется нести кому-то из коллектива. Впрочем, он тут же уточняет: — Мы же это можем?
Начальник отдела рисования Сидоряхин торопливо кивает:
— Да, разумеется. Вот у нас как раз сидит Петров, он наш лучший специалист в области рисования красных линий. Мы его специально пригласили на совещание, чтобы он высказал свое компетентное мнение.
— Очень приятно, — говорит Морковьева. — Ну, меня вы все знаете. А это — Леночка, она специалист по дизайну в нашей организации.
Леночка покрывается краской и смущенно улыбается. Она недавно закончила экономический, и к дизайну имеет такое же отношение, как утконос к проектированию дирижаблей.
— Так вот, — говорит Морковьева. — Нам нужно нарисовать семь красных линий. Все они должны быть строго перпендикулярны, и кроме того, некоторые нужно нарисовать зеленым цветом, а еще некоторые — прозрачным. Как вы считаете, это реально?
— Нет, — говорит Петров.
— Давайте не будем торопиться с ответом, Петров, — говорит Сидоряхин. — Задача поставлена, и ее нужно решить. Вы же профессионал, Петров. Не давайте нам повода считать, что вы не профессионал.
— Видите ли, — объясняет Петров, — термин «красная линия» подразумевает, что цвет линии — красный. Нарисовать красную линию зеленым цветом не то, чтобы невозможно, но очень близко к невозможному…
— Петров, ну что значит «невозможно»? — спрашивает Сидоряхин.
— Я просто обрисовываю ситуацию. Возможно, есть люди, страдающие дальтонизмом, для которых действительно не будет иметь значения цвет линии, но я не уверен, что целевая аудитория вашего проекта состоит исключительно из таких людей.
— То есть, в принципе, это возможно, мы правильно вас понимаем, Петров? — спрашивает Морковьева.
Петров осознает, что переборщил с образностью.
— Скажем проще, — говорит он. — Линию, как таковую, можно нарисовать совершенно любым цветом. Но чтобы получилась красная линия, следует использовать только красный цвет.
— Петров, вы нас не путайте, пожалуйста. Только что вы говорили, что это возможно.
Петров молча проклинает свою болтливость.
— Нет, вы неправильно меня поняли. Я хотел лишь сказать, что в некоторых, крайне редких ситуациях, цвет линии не будет иметь значения, но даже и тогда — линия все равно не будет красной. Понимаете, она красной не будет! Она будет зеленой. А вам нужна красная.
Наступает непродолжительное молчание, в котором отчетливо слышится тихое напряженное гудение синапсов.
— А что если, — осененный идеей, произносит Недозайцев, — нарисовать их синим цветом?
— Все равно не получится, — качает головой Петров. — Если нарисовать синим — получатся синие линии.
Опять молчание. На этот раз его прерывает сам Петров.
— И я еще не понял… Что вы имели в виду, когда говорили о линиях прозрачного цвета?
Морковьева смотрит на него снисходительно, как добрая учительница на отстающего ученика.
— Ну, как вам объяснить?.. Петров, вы разве не знаете, что такое «прозрачный»?
— Знаю.
— И что такое «красная линия», надеюсь, вам тоже не надо объяснять?
— Нет, не надо.
— Ну вот. Вы нарисуйте нам красные линии прозрачным цветом.
Петров на секунду замирает, обдумывая ситуацию.
— И как должен выглядеть результат, будьте добры, опишите пожалуйста? Как вы себе это представляете?
— Ну-у-у, Петро-о-ов! — говорит Сидоряхин. — Ну давайте не будем… У нас что, детский сад? Кто здесь специалист по красным линиям, Морковьева или вы?
— Я просто пытаюсь прояснить для себя детали задания…
— Ну, а что тут непонятного-то?.. — встревает в разговор Недозайцев. — Вы же знаете, что такое красная линия?
— Да, но…
— И что такое «прозрачный», вам тоже ясно?
— Разумеется, но…
— Так что вам объяснять-то? Петров, ну давайте не будем опускаться до непродуктивных споров. Задача поставлена, задача ясная и четкая. Если у вас есть конкретные вопросы, так задавайте.
— Вы же профессионал, — добавляет Сидоряхин.
— Ладно, — сдается Петров. — Бог с ним, с цветом. Но у вас там еще что-то с перпендикулярностью?..
— Да, — с готовностью подтверждает Морковьева. — Семь линий, все строго перпендикулярны.
— Перпендикулярны чему? — уточняет Петров.
Морковьева начинает просматривать свои бумаги.
— Э-э-э, — говорит она наконец. — Ну, как бы… Всему. Между собой. Ну, или как там… Я не знаю. Я думала, это вы знаете, какие бывают перпендикулярные линии, — наконец находится она.
— Да конечно знает, — взмахивает руками Сидоряхин. — Профессионалы мы тут, или не профессионалы?..
— Перпендикулярны могут быть две линии, — терпеливо объясняет Петров. — Все семь одновременно не могут быть перпендикулярными по отношению друг к другу. Это геометрия, 6 класс.
Морковьева встряхивает головой, отгоняя замаячивший призрак давно забытого школьного образования. Недозайцев хлопает ладонью по столу:
— Петров, давайте без вот этого: «6 класс, 6 класс». Давайте будем взаимно вежливы. Не будем делать намеков и скатываться до оскорблений. Давайте поддерживать конструктивный диалог. Здесь же не идиоты собрались.
— Я тоже так считаю, — говорит Сидоряхин.
Петров придвигает к себе листок бумаги.
— Хорошо, — говорит он. — Давайте, я вам нарисую. Вот линия. Так?
Морковьева утвердительно кивает головой.
— Рисуем другую… — говорит Петров. — Она перпендикулярна первой?
— Ну-у…
— Да, она перпендикулярна.
— Ну вот видите! — радостно восклицает Морковьева.
— Подождите, это еще не все. Теперь рисуем третью… Она перпендикулярна первой линии?..
Вдумчивое молчание. Не дождавшись ответа, Петров отвечает сам:
— Да, первой линии она перпендикулярна. Но со второй линией она не пересекается. Со второй линией они параллельны.
Наступает тишина. Потом Морковьева встает со своего места и, обогнув стол, заходит Петрову с тыла, заглядывая ему через плечо.
— Ну… — неуверенно произносит она. — Наверное, да.
— Вот в этом и дело, — говорит Петров, стремясь закрепить достигнутый успех. — Пока линий две, они могут быть перпендикулярны. Как только их становится больше…
— А можно мне ручку? — просит Морковьева.
Петров отдает ручку. Морковьева осторожно проводит несколько неуверенных линий.
— А если так?..
Петров вздыхает.
— Это называется треугольник. Нет, это не перпендикулярные линии. К тому же их три, а не семь.
Морковьева поджимает губы.
— А почему они синие? — вдруг спрашивает Недозайцев.
— Да, кстати, — поддерживает Сидоряхин. — Сам хотел спросить.
Петров несколько раз моргает, разглядывая рисунок.
— У меня ручка синяя, — наконец говорит он. — Я же просто чтобы продемонстрировать…
— Ну, так может, в этом и дело? — нетерпеливо перебивает его Недозайцев тоном человека, который только что разобрался в сложной концепции и спешит поделиться ею с окружающими, пока мысль не потеряна. — У вас линии синие. Вы нарисуйте красные, и давайте посмотрим, что получится.
— Получится то же самое, — уверенно говорит Петров.
— Ну, как то же самое? — говорит Недозайцев. — Как вы можете быть уверены, если вы даже не попробовали? Вы нарисуйте красные, и посмотрим.
— У меня нет красной ручки с собой, — признается Петров. — Но я могу совершенно…
— А что же вы не подготовились, — укоризненно говорит Сидоряхин. — Знали же, что будет собрание…
— Я абсолютно точно могу вам сказать, — в отчаянии говорит Петров, — что красным цветом получится точно то же самое.
— Вы же сами нам в прошлый раз говорили, — парирует Сидоряхин, — что рисовать красные линии нужно красным цветом. Вот, я записал себе даже. А сами рисуете их синей ручкой. Это что, красные линии по-вашему?
— Кстати, да, — замечает Недозайцев. — Я же еще спрашивал вас про синий цвет. Что вы мне ответили?
Петрова внезапно спасает Леночка, с интересом изучающая его рисунок со своего места.
— Мне кажется, я понимаю, — говорит она. — Вы же сейчас не о цвете говорите, да? Это у вас про вот эту, как вы ее называете? Перпер-чего-то-там?
— Перпендикулярность линий, да, — благодарно отзывается Петров. — Она с цветом линий никак не связана.
— Все, вы меня запутали окончательно, — говорит Недозайцев, переводя взгляд с одного участника собрания на другого. — Так у нас с чем проблемы? С цветом или с перпендикулярностью?
Морковьева издает растерянные звуки и качает головой. Она тоже запуталась.
— И с тем, и с другим, — тихо говорит Петров.
— Я ничего не могу понять, — говорит Недозайцев, разглядывая свои сцепленные в замок пальцы. — Вот есть задача. Нужно всего-то семь красных линий. Я понимаю, их было бы двадцать!.. Но тут-то всего семь. Задача простая. Наши заказчики хотят семь перпендикулярных линий. Верно?
Морковьева кивает.
— И Сидоряхин вот тоже не видит проблемы, — говорит Недозайцев. — Я прав, Сидоряхин?.. Ну вот. Так что нам мешает выполнить задачу?
— Геометрия, — со вздохом говорит Петров.
— Ну, вы просто не обращайте на нее внимания, вот и все! — произносит Морковьева.
Петров молчит, собираясь с мыслями. В его мозгу рождаются одна за другой красочные метафоры, которые позволили бы донести до окружающих сюрреализм происходящего, но как назло, все они, облекаясь в слова, начинаются неизменно словом «Блять!», совершенно неуместным в рамках деловой беседы.
Устав ждать ответа, Недозайцев произносит:
— Петров, вы ответьте просто — вы можете сделать или вы не можете? Я понимаю, что вы узкий специалист и не видите общей картины. Но это же несложно — нарисовать какие-то семь линий? Обсуждаем уже два часа какую-то ерунду, никак не можем прийти к решению.
— Да, — говорит Сидоряхин. — Вы вот только критикуете и говорите: «Невозможно! Невозможно!» Вы предложите нам свое решение проблемы! А то критиковать и дурак может, простите за выражение. Вы же профессионал!
Петров устало изрекает:
— Хорошо. Давайте я нарисую вам две гарантированно перпендикулярные красные линии, а остальные — прозрачным цветом. Они будут прозрачны, и их не будет видно, но я их нарисую. Вас это устроит?
— Нас это устроит? — оборачивается Морковьева к Леночке. — Да, нас устроит.
— Только еще хотя бы пару — зеленым цветом, — добавляет Леночка. — И еще у меня такой вопрос, можно?
— Да, — мертвым голосом разрешает Петров.
— Можно одну линию изобразить в виде котенка?
Петров молчит несколько секунд, а потом переспрашивает:
— Что?
— Ну, в виде котенка. Котеночка. Нашим пользователям нравятся зверюшки. Было бы очень здорово…
— Нет, — говорит Петров.
— А почему?
— Нет, я конечно могу нарисовать вам кота. Я не художник, но могу попытаться. Только это будет уже не линия. Это будет кот. Линия и кот — разные вещи.
— Котенок, — уточняет Морковьева. — Не кот, а котенок, такой маленький, симпатичный. Коты, они…
— Да все равно, — качает головой Петров.
— Совсем никак, да?.. — разочарованно спрашивает Леночка.
— Петров, вы хоть дослушали бы до конца, — раздраженно говорит Недозайцев. — Не дослушали, а уже говорите «Нет».
— Я понял мысль, — не поднимая взгляда от стола, говорит Петров. — Нарисовать линию в виде котенка невозможно.
— Ну и не надо тогда, — разрешает Леночка. — А птичку тоже не получится?
Петров молча поднимает на нее взгляд и Леночка все понимает.
— Ну и не надо тогда, — снова повторяет она.
Недозайцев хлопает ладонью по столу.
— Так на чем мы остановились? Что мы делаем?
— Семь красных линий, — говорит Морковьева. — Две красным цветом, и две зеленым, и остальные прозрачным. Да? Я же правильно поняла?
— Да, — подтверждает Сидоряхин прежде, чем Петров успевает открыть рот.
Недозайцев удовлетворенно кивает.
— Вот и отлично… Ну, тогда все, коллеги?.. Расходимся?.. Еще вопросы есть?..
— Ой, — вспоминает Леночка. — У нас еще есть красный воздушный шарик! Скажите, вы можете его надуть?
— Да, кстати, — говорит Морковьева. — Давайте это тоже сразу обсудим, чтобы два раза не собираться.
— Петров, — поворачивается Недозайцев к Петрову. — Мы это можем?
— А какое отношение ко мне имеет шарик? — удивленно спрашивает Петров.
— Он красный, — поясняет Леночка.
Петров тупо молчит, подрагивая кончиками пальцев.
— Петров, — нервно переспрашивает Недозайцев. — Так вы это можете или не можете? Простой же вопрос.
— Ну, — осторожно говорит Петров, — в принципе, я конечно могу, но…
— Хорошо, — кивает Недозайцев. — Съездите к ним, надуйте. Командировочные, если потребуется, выпишем.
— Завтра можно? — спрашивает Морковьева.
— Конечно, — отвечает Недозайцев. — Я думаю, проблем не будет… Ну, теперь у нас все?.. Отлично. Продуктивно поработали… Всем спасибо и до свидания!
Петров несколько раз моргает, чтобы вернуться в объективную реальность, потом встает и медленно бредет к выходу. У самого выхода Леночка догоняет его.
— А можно еще вас попросить? — краснея, говорит Леночка. — Вы когда шарик будете надувать… Вы можете надуть его в форме котенка?..
Петров вздыхает.
— Я все могу, — говорит он. — Я могу абсолютно все. Я профессионал.

http://alex-aka-jj.livejournal.com/66984.html

seoded, Алексей Востров

Как можно перебить провод у электрорубанка!?

«Как можно перебить провод у электрорубанка!?», — думал я раньше. «Это что же с ним нужно вытворять!?», — недоумевал я до сегодняшнего дня. Теперь я знаю как и что для этого нужно делать :)